23 февраля наша страна праздновала день защитника Отечества, а 24 февраля была еще одна значимая дата в истории нашего государства – День начала специальной военной операции. К обеим прямое отношение имеет наш земляк, Александр Григорьевич Минеев. Он, как истинный защитник Отечества и патриот нашей родины, участвовал в специальной военной операции. На сегодняшний день Александр демобилизован по ранению.

В 2024 году он принял решение пойти на военную службу по контракту.

– Кто-то подумает – из-за денег, но это совсем не так. В то время я трудился на севере и зарабатывал неплохо. Когда пошел на военную службу по контракту, то с работы не увольнялся и до сих пор числюсь на своем предприятии. Недавно у меня был начальник участка, который сказал, что коллеги меня по-прежнему ждут. А пошел я на контракт, когда на СВО погиб мой земляк Евгений Чернаков. Задела его смерть за живое, ушел парнишка, не оставив семьи… Решил, что вместо него встану «в строй», – рассказал Александр.

После подписания контракта он попал на учебный полигон, а потом был уже и первый бой.

– Командиры поначалу с нами обращались очень строго и жестко, а после того, как мы прошли испытания в первом боевом штурме, отношения стали более теплыми. Только по прошествии времени я понял, что это был самый правильный подход к подготовке бойцов. Командиры тоже когда-то были такими же необстрелянными солдатами, как и мы, только в ходе боевых действий набрались опыта на своих и чужих ошибках. Поэтому дисциплина, чтобы выжить там, на передке, должна быть беспрекословной, – продолжил он свой рассказ.

Спиртное в их подразделении было категорически запрещено, даже во время отдыха после выполнения боевой задачи. А уж когда шли в бой, тем более. Командиры объяснили, что если медики обнаружат хоть малую долю алкоголя в крови, то никаких выплат за ранение они не получат. Таков закон. Но дело даже не в деньгах, а в том, что от скорости твоей реакции и времени принятия решения зависит и твоя жизнь, и жизнь однополчан, а спиртное, как известно, притупляет всё.

1 сентября 2024 года Александр впервые принял боевое крещение, когда зачищали от неонацистов населенный пункт. Через пять дней он получил ранение в ногу от разорвавшейся гранаты. Продолжать продвижение вперед он уже не мог, поэтому держал оборону, отстреливаясь лёжа. Только 9 сентября штурмовики получили приказ на откат, то есть самостоятельную эвакуацию в тыл, и Александр с товарищем, обходя все препятствия, двинулся в путь. Шли не торопясь, внимательно прислушиваясь ко всему происходящему вокруг них. Уже в тылу друг ему признался, что если бы не Саша, обратно бы они не вышли. Отец у Александра был охотником и приучил сына ориентироваться в лесу и на местности. В зоне боев это очень помогало.

После первого штурма Александр Минеев получил от командования в награду именной шеврон своего подразделения «Шторм-Сармат», а еще, так как их часть была гвардейской, командир вручил ему знак «Гвардия».

Отработавшим боевую задачу штурмовикам давали на отдых несколько суток, потом – шли на новое задание. Работали в населенных пунктах, зачищали лесополосы.

– Насыщенность квадрокоптерами в районе боевых действий очень большая. За каждым бойцом идет настоящая охота и в воздухе одновременно висит до пятнадцати «птичек», – делится наблюдениями Александр. – Когда были на Покровском направлении, дрон чуть в спину мне не прилетел. Ветер встречный, переходим через поляну, до лесополосы осталось метров сто. Я его как будто спиной почувствовал, повернулся, а на меня уже «птичка» заходит. Успел только подумать, что стрелять бесполезно – он уже рядом. Просто плашмя упал на землю прямо перед самым его носом. Это меня и спасло. Боеприпас рванул. Бах! Чувствую, опять нога. Меня посекло шариками, в ноге некоторые осколки остались, а из спины и позвоночника их вырезали хирурги.

При том взрыве поврежденной ударной волной кевларовой пластиной от бронежилета Александру сломало ребро, повредило легкие, селезенку и почку.

–  Бронежилет, конечно, защищает, но только от тех осколков и пуль, которые прилетают издалека, а если рядом, то – не всегда, – признается мой собеседник. – Я – крещеный, верю, что это тоже помогало. Там все в бога верят. Без этого нельзя. Все ходят в полковую церковь. Я постоянно освященный шеврон с изображением Иисуса Христа носил, который мне наш полковой батюшка вручил.

Конечно, климат там отличается от нашего, сибирского, причем кардинально.

– Зимы я там и не видел. Снег выпал, три часа пролежал и растаял. Зато фруктов наелся: виноград, яблоки и орехи грецкие – всего вдоволь. Но жизнь там как будто застыла в 90-х годах прошлого столетия, – делится наблюдениями Александр.

– На боевые бойцы брали с собой в запас по шесть автоматных магазинов, да еще патроны россыпью. На каждого – по шесть гранат. Одна у меня была особая, на всякий случай. Держал всегда для себя, ведь нашего брата противник боялся, поэтому и зверствовал, когда парни попадали в плен, – продолжил он.

После полученного тяжелого ранения друзья его эвакуировали с поля боя. Потом был госпиталь в Саратовской области. Так для Александра закончилась эта война. Сейчас он оформляет документы по ранению, в подготовке которых помогает координатор седельниковского отделения фонда «Защитники Отечества» Юрий Колодич, а затем поедет трудиться в свою организацию на север.

Но война с ним еще долго будет внутри. Говорю об этом не голословно, а по рассказу Саши.

– Сосед как-то завел триммер, а у меня инстинкт сработал: я моментально оказался в укрытии под личной машиной, что стоит во дворе. Жена, ничего не поняв, удивленно на меня посмотрела… 

Пожелаем Александру Григорьевичу здоровья и успехов в семейной жизни и на трудовом фронте и от коллектива редакции поздравляем его с Днем защитника Отечества.

Сергей КАЗАЕВ.